Лингвисты выяснили, какие из исчезающих языков надо спасать в первую очередь

Картина "Вавилонская башня" (Питер Брейгель-старший).

Фото Wikimedia Commons.

Прародиной австронезийской языковой семьи считается Тайвань.

Фото Global Look Press.

Команда учёных во главе с Джонатаном Дэвисом (Jonathan Davies) из Университета Макгилл в Канаде опубликовала в журнале Royal Society Open Science статью, в которой описала применение к языкам методов биологии. Это позволило лингвистам научиться определять языки, которые нужно спасать от забвения в первую очередь.

В табасаранском языке 46 падежей. В некоторых диалектах языка фула 25 родов, или, как говорят лингвисты, классов. А вот в китайском нет вообще никакой грамматики. В ацтекском или чукотском всё, что надо сказать во фразе, втискивается в одно-два слова. Фраза из известной сказки "Старик ловил неводом рыбу " прозвучала бы там как нечто вроде "Старик неводорыболовил".

Список изумительных примеров можно продолжать очень долго. На планете от 5 до 7 тысяч живых языков. Они удивительно разнообразны, в чём легко убедиться с помощью чудесной научно-популярной книги Владимира Плунгяна "Почему языки такие разные". Но этому разнообразию совсем скоро придёт конец.

Как отмечается в пресс-релизе исследования, каждую неделю в мире исчезает один язык. Половина языков Земли не доживёт и до середины текущего века.

Это естественный процесс. Уходит время, когда каждое племя, а то и деревня, могло иметь свой язык и вполне комфортно жить с этим. Большие государства, самолёты и Интернет связывают людей в крупные общности. Им требуется понимать друг друга.

Разумеется, никого нельзя принудить говорить на исчезающем языке. Но, по крайней мере, спасти его можно, если зафиксировать этот язык в виде словарей, монографий и учебников. Чтобы, покинув быт человечества, он не ушёл из его памяти. Ведь каждый язык – это не только уникальное культурное достояние, но и предмет исследования.

Как возникли человеческие языки? Как они устроены? Что общего у всех языков, а чем они могут различаться? Эти вопросы волнуют мыслителей не первое столетие. И порой изучение речи полутора десятка человек из затерянного в джунглях поселения даёт уникальный исследовательский материал, которого не найдёшь в "больших" языках с их десятками и сотнями миллионов носителей и великой литературой.

Итак, редкие языки надо документировать. Но какими из них заняться в первую очередь? Ведь полевых лингвистов мало, очень мало. Их точно не хватит, чтобы описать все языки, которым грозит опасность вот-вот исчезнуть.

Этим вопросом и занялась команда Дэвиса. Учёные применили подход, который используется в биологии для выявления биологических видов, нуждающихся в защите.

Для этого биологи строят филогенетические деревья – диаграммы, которые показывают, в каком родстве виды состоят друг с другом. Это позволяет выявить виды, у которых меньше всего "живых родственников". Они и являются носителем самого уникального генетического материала. С учётом других факторов, таких как численность особей и темпы её изменения, и принимается решение о спасении вида.

Такой подход авторы решили применить в лингвистике. "Крупные, содержащие много элементов деревья видов изменили наше понимание того, как эволюционировала жизнь, и помогли сформировать приоритеты сохранения биоразнообразия, – говорит Дэвис. – Построение более обширных языковых деревьев даёт такую возможность и для сохранения языков, а также помогает лингвистам, антропологам и историкам".

"Высокая скорость исчезновения языков в сочетании с ограниченными ресурсами для их сохранения означает, что мы должны тщательно выбирать, на чём сосредоточить наши усилия, – добавляет соавтор статьи Макс Фаррелл (Max Farrell). – Чем более изолирован язык в своём генеалогическом древе, тем больше уникальной информации он содержит и в конечном итоге способствует лингвистическому разнообразию".

Этот заимствованный из биологии подход авторы применили к языкам австронезийской семьи, на которых говорят на островах, разбросанных по Юго-Восточной Азии и Тихому океану. Данные были взяты из публикаций предшественников и из онлайн-базы данных Ethnologue, содержащей информацию о более чем семи тысячах живых языков и диалектов.

Прародиной австронезийской языковой семьи считается Тайвань.
Прародиной австронезийской языковой семьи считается Тайвань.
Фото Global Look Press.

Разумеется, охватить всю австронезийскую семью, насчитывающую более 1200 языков (и по этому параметру занимающую одно из первых мест в мире), было бы слишком масштабной задачей. Для "обкатки" метода исследователи выбрали 350 языков.

Для каждого из этих языков исследователи рассчитывали параметр, который в биологии сохранения (conservation biology)  называется EDGE. Этот термин, в переводе с английского означающий "край", возникает из соединения двух аббревиатур. Дело в том, что он объединяет два ключевых параметра: эволюционную самобытность (evolutionary distinctiveness, ED) и глобальную угрозу (global endangerment, GE). Первый характеризует уникальность генов вида, а второй – вероятность его исчезновения. В работе авторов вместо уникальности генов вычислялась, конечно, уникальность лингвистической информации.

Первое место в этом печальном рейтинге занял кавалан (Kavalan), почти вымерший язык, коренной для Тайваня, где, как считается, и говорили на праязыке австронезийской семьи 4–6 тысячелетий назад. Следующие "призовые места" достались танибили (Tanibili), почти вымершему языку Соломоновых островов, а также языкам варопен (Waropen) и сенгсенг (Sengseng) из Новой Гвинеи.

Теперь созданный метод можно применять и к языкам других семей. Между прочим, на территории нашей страны тоже есть уникальные лингвистические реликты. Например, всего в нескольких деревнях по берегам Енисея и его притоков ныне помнят кетский язык. А ведь это один из немногих живых языков, доставшихся нам, как полагают лингвисты, от древнейшего населения Азии, ещё не слышавшего речи индоевропейской, алтайской и других современных семей.

К слову, "Вести.Наука" (nauka.vesti.ru) ранее писали об удивительном мире древних языков. Например, о родстве наречий народов Сибири и Америки. Писали мы и о языке, который нестандартным образом обрабатывается мозгом. А также о языке, который признали самым странным на Земле, и о том, почему в мире всё-таки так много наречий.